Остров солнечных бликов
Есть в слове "остров" что-то особенное. Казалось бы - как просто: клочок суши, окруженный водой, а как будит воображение, толкает на авантюры! Даже если этот остров находится не посреди океана, а в Средиземном море, в пределах старушки Европы, даже если носит имя не Таити, а Мальорка. Главный остров Балеарского архипелага вовсе не кичится своим статусом: местами он по-деревенски тих, местами по-богемному демократичен. И только природа - безудержная, рвущаяся то скалами к небу, то пещерами в недра земли - не соглашается на тихую жизнь, на скромное звание экологического курорта.. Чтобы увидеть Мальорку, нужно покинуть широкие пляжи Плая-де-Пальмы и бессонные дискотеки Магалуфа. Нужно отправиться по дорогам римских легионеров, по каменистым тропам паломников и монахов, мимо миндальных рощ и горных террас с древними кривыми оливами. И тогда остров ляжет в ладони, откроет свои наивные секреты и нашепчет удивительные сны, в которых невозможно отличить явь от вымысла, потому что не бывает такого бирюзового моря, таких сладких апельсинов и таких сочных пейзажей, как на Мальорке.. Дикий Запад. Первый сон будет синим. Это цвет неба, граничащий с безумием, и цвет немыслимой морской волны, всех этих заливов, бухт, бухточек, каланок, почти фьордов. Береговая линия Мальорки - сон сумасшедшего художника, смешавшего стили и забывшего о географии. На западном побережье вздымаются горы Трамунтана: нотр-дамы базальтов, сторожевые башни-аталайи, венчающие неприступные утесы, заросшие голубыми агавами. Здесь сменяют друг друга дикие бухты, доступные лишь ветру и яхтам. В бухту Са-Калобра ведет дорога, которую называют "галстучным узлом". До часу дня по ней разрешено движение только вниз, после трех - только вверх: разъехаться здесь невозможно. . Дорога Са-Калобра закручивается серпантином, вяжет узлы, затягивает тесные петли. Над ней кружат орлы, рыжие козы внимательно смотрят с края обрыва. Она приводит в бухту, приютившую стайку яхт, пару домишек и пару ресторанов, лепящихся к горе. Дорожка, вырубленная в скалах, ведет в ущелье Торрент-де-Пареис, где отвесные скалы обрываются в море, замыкают бухту, обрамляя расплавленную лазурь, в которой яхты парят над собственной тенью. Дикий Запад усмиряется, успокаивается, растворяется в морской безмятежности, приехавшие по серпантину туристы выбираются из бухты на катере.. Ближний восток. Восток с горами Сьерра-де-Левант - это импрессионизм идиллических прибрежных холмов, покрытых лиловыми тамарисками, белоснежных домиков рыбачьей деревни, отраженных в прозрачной воде бухты, и белых парусных лодок, в которых лежат свернутые сети - синие, как море и как небо. Здесь надо выйти из моря, под кривыми. низкими соснами отыскать тропу, заросшую шиповником и карликовыми пальмами, и отправиться в путь. Тропа заведет далеко - к белому маяку, охраняющему синюю бухту Кала-Ратжада, к аккуратному ряду яхт, на мачтах которых развеваются, как разноцветные флаги, детские штанишки. На причале рыбаки чистят рыбу, а рядом сидят их собаки, голубоглазые лайки, и огромные чайки кружатся над головами. Пахнет морем и китайским жасмином, и жареной рыбой из ресторанов на берегу. Потом медленно звонит церковный колокол, и наступает вечер. Бухта оживает: в воде пляшут и дробятся огни, и маленькие рыбачьи лодки одна за другой уходят в море, а собаки провожают их взглядом бледных выцветших глаз.. Тропа уводит далеко сквозь века, в совсем другой сон. В этом сне из горы вырастает зубчатая крепость, и черепичные крыши деревни Капдепера карабкаются к ее подножию. В полдень над крепостью гремят барабаны, и от этого звука зной становится еще желтее и резче, тени совсем съеживаются, кактусы ощетиниваются иголками. Над башнями вздрагивают и опадают флаги, черные свечи кипарисов расчерчивают пространство. Резкими голосами вступают флейты-флабиолы, и городской глашатай в бархатном камзоле кричит об открытии ярмарки.. Средневековая ярмарка в Капдепере длится неделю. В крепости играет музыка, в разноцветных шатрах люди в старинной одежде торгуют глиняными горшками, сушеными травами, костяными украшениями, тыквами-горлянками, овечьими шкурами, вышитыми скатертями, засахаренными апельсинами, орехами и медом. Бабушки в шалях плетут корзины, резчик стучит молоточком по каменному чудищу, обувщики шьют тапочки-апаргатас на веревочной подошве. На площади у часовни выступают жонглеры, кувыркаются акробаты, звенят шпаги фехтовальщиков. Пылают костры, жарятся колбасы-собрасады, бараньи ребрышки, кролики и утки, женщины в мгновение ока делают бутерброды-понболи из грубого серого хлеба с помидорами и оливковым маслом.
